Джо Хилл, если кто не знает, – сын Стивена Кинга, Джозеф Хиллстром Кинг. Это повод взяться за чтение. Но если бы я наткнулся на книгу случайно, то, уверен, почувствовав знакомое на первых же страницах, счел бы ее в итоге либо мистификацией самого старика, либо плодом труда очень талантливого подражателя. Имитацией прозу Хилла не назовешь, это работа последователя, усвоившего приемы Стивена Кинга, но пользующегося ими по собственному усмотрению.
Что узнаваемо? Ясность и точность речи, внимание к деталям, изобретательность и, вместе с тем, складность повествования, обусловленная всегдашней кинговской расположенностью к своему читателю. Вещные фетиши, которые наполняются магической силой и играют в истории важную роль. Фетиши памяти – ключевые моменты жизни, на которых выстроена личность и которые могут стать ключами к изменению ее и реальности.
Что необычно? Автор с ходу берется за дело. Завязка происходит на первых же страницах, и дальше история почти не ветвится, значительную часть романа развиваясь прямолинейно и предсказуемо. Нет саспенса. Читателя не интригуют, не мучают неопределенностью. Минуты действия не растягиваются на целые главы. Хоррором это трудно назвать, какая-то драма пополам с мистическим боевиком. Но не все так просто. У автора припасено нечто, что ближе к кульминации перевернет сложившиеся представления о персонажах.
Фабула романа несколько напоминает «Худеющего». На героя обрушивается смертельное проклятие, насланное в этом случае не цыганской магией, а медиумом-гипнотизером, отчимом его бывшей девушки, покончившей самоубийством. Ради того, чтобы извести своего врага, этот научившийся магии на Вьетнамской войне старик пошел на собственную смерть и последующее превращение в призрака.
Фишка в том, что герой – не обычный обыватель и не простая жертва. Постаревшая рок-звезда с имиджем инфернального подонка, кумир готичной молодежи и всякого отребья, он на самом деле очень неплохой человек. Но детство у него было – не приведи господь! – к атрибутике зла он привык, и напугать его не так просто. Такой крепкий орешек не станет нанимать для защиты от магии знакомых бандитов, надеясь на собственные кулаки и двух любимых собак. Ужо он им даст! – думаешь поначалу. Но развернуться ему удается только к концу, и то не так, как можно было надеяться.
Значительную часть романа воюющий с призраком герой воспринимается нами как жертва пусть несправедливой, но, в общем, правомерной мести. И когда его борьба с преследователем с того света начинает слегка утомлять (середина романа несколько провисает), уже ближе к финалу, в начале кульминации, выясняется, что все совсем не так. Что его девушка не кончала с собой, а старик, ставший призраком, не столько мститель, сколько натуральное исчадие ада. С этого момента герой и втянутая в это дело вместе с его собаками нынешняя подруга становятся настоящими воинами добра и бьются не только за спасение собственных жизней, но и за восстановление высшей справедливости. Однако мотивы самого старика-призрака улетучиваются, и объяснить все, что происходило в романе с самого начала, можно единственно действиями чистого, самодостаточного зла. Зачем негодяйскому старикашке так уж надо было загнать ни к чему не причастного героя на тот свет? – это вопрос необъяснимый, как всякие мотивы маньяка.
В целом роман хорош. Он вовлекает в свое пространство, не позволяет слишком уж заскучать и, главное, не дает повода морщиться. Может быть, здорово сработал переводчик, может, молодец сам Джо Хилл, не увлекающийся сложными языковыми фигурами и изъясняющийся исключительно простыми, внятными фразами. Роман не получился топорным, он довольно богат и искусен, но это не мешает ясности, в том числе ясности этической и душевной. Как и его отец, Джо Хилл – моралист, потому что для человека, открыто глядящего на зло, это единственная техника безопасности.
© «Книжная витрина», 2007.
Авторские права защищены. Перепечатка и публикация материалов возможна только с разрешения редакции. |
